30.06.15. Сообщение от ИА Регнум.
"«Крайне выгодная для Украины
конфигурация внешней торговли парадоксальным образом обернулась
катастрофическим падением экономики вообще и экспорта в частности», -
анализирует Василий Стоякин «Противолодочный зигзаг» — маневр,
выполняемый военными кораблями с целью уклонения от случайной торпедной
атаки. По одной из версий, именно выполнение такого
маневра вывело японский тяжелый авианосец «Синано» на неспособную его
догнать американскую подводную лодку «Арчерфиш». Политика Януковича
Переговоры о заключении соглашения об ассоциации с ЕС велись с 2007
года. Текст соглашения был согласован в ноябре 2011 года и парафирован в
марте 2012 года. Наиболее активная фаза подготовки документа пришлась
на 2013 год, в расчете на подписание на саммите «Восточного партнерства»
в ноябре. Изначально было известно, что соглашение экономически
невыгодно Украине. Смысл его состоял в том, чтобы открыть украинский
рынок для европейских товаров, что позволило бы облегчить течение
кризиса в Европе. Для Украины последствия этого были бы
катастрофическими в силу краха производств, ориентированных на
внутренний рынок, и сокращения критически важного экспорта в Россию и
страны СНГ, которые вынуждены были бы обезопасить себя от реэкспорта
через территорию Украины. В выигрыше должны были остаться украинские
олигархи, контролирующие металлургию (Ахметов, Пинчук, Новинский) и
химию (Фирташ).
Впрочем, украинское правительство отлично
понимало все риски, связанные с созданием ЗСТ с ЕС и проводило свою
линию, направленную на достижение соглашения, максимально выгодного для
Украины. С одной стороны, велись переговоры с европейской стороной на
предмет продления сроков внедрения ЗСТ и предоставления Украине
финансовой помощи для компенсации потери рынков СНГ и перехода на
европейские технические регламенты. Кстати, по подсчетам правительства,
Украине только для решения последней задачи требовалось потратить 165
млрд. евро в течение 10 лет, в то время как доходная часть бюджета-2013
составляла 33 млрд.
С другой стороны, продолжались переговоры с
ТС на предмет вступления Украины в союз по схеме «3+1». Смысл ее —
подписать то, что нужно Украине, не подписывая все остальное. Т.о.,
Украина должна была сохранить евразийский рынок.
В общем,
предполагалось, что Украина окажется одновременно в двух зонах свободной
торговли, сохранит высокотехнологическое производство и сможет
заработать на посреднических операциях. Изначально и ЕС, и ТС
категорически исключали такую модель, но на протяжении года их позиция
существенно смягчилась. Проблема, однако, состояла в том, что изменить
уже парафированное соглашение с ЕС было крайне трудно. Украинская
сторона предлагала разделить политическую и экономическую части
соглашения, однако получила отказ.
21 ноября 2013 года
правительство Украины прекратило подготовку к подписанию соглашения.
Ноябрьский саммит прошел безрезультатно.
Практически сразу после
него Янукович отправился в Москву, где договорился о льготной кредитной
линии в $ 15 млрд. на развитие экономики (! — это важно), о скидке на
газ (причем цена оказалась примерно на $ 100 ниже, чем средняя для ЕС),
были заключены 42 контракта в авиастроении, кораблестроении,
машиностроении. Наверное, было бы неправильно говорить, что Московские
соглашения были вступлением в ТС по модели «3+1», но они были близки к
такому представлению. Особенно если учесть, что после этого в Европе
заговорили о необходимости подготовки нового соглашения, в котором бы
учитывались интересы Украины и России. Этого, как вы понимаете, не
произошло. На Украине победил Майдан. Фактическая ситуация 21 марта 2014
года была подписана политическая часть соглашения с ЕС. Только недавно
европейцы категорически отрицали возможность разделения политической и
экономической составляющих соглашения, но мы-то с вами знаем, что
«европейские принципы» и «двойные стандарты» — синонимы.
23
апреля ЕС в одностороннем порядке открыл свой рынок для украинской
продукции. Преференциальный режим торговли предусматривает снижение
ставок таможенных пошлин для поставок украинских товаров, а также
увеличение квот на такие поставки. 27 июня была подписана экономическая
часть соглашения. 16 сентября 2014 года Верховная Рада ратифицировала
соглашение. Однако по требованию России 12 сентября в Брюсселе на
переговорах «Украина — Россия — ЕС» была достигнута договоренность об
отсрочке имплементации соглашения о создании ЗСТ между Украиной и ЕС до
31 декабря 2015 г.
Таким образом, на протяжении большей части
2014 года и в нынешнем году действует идеальный для Украины режим. Со
стороны ЕС ЗСТ была открыта в одностороннем порядке. Т. е., украинские
товары могли свободно перемещаться в ЕС, в то время как европейские не
заполняли украинский рынок. К тому же продолжал действовать режим ЗСТ со
странами СНГ, т. е. Украина могла спокойно экспортировать свою
продукцию на эти рынки (причем речь идет о продукции с высокой долей
добавленной стоимости).
Разумеется, украинская власть сделала все
возможное, чтобы не воспользоваться предоставленными возможностями.
Помимо крайне неудачной экономической политики, Киев: устроил на своей
территории гражданскую войну, которая охватила Донбасс, дававший
значительную часть металлургической продукции; создал кризис в
отношениях с Россией (справедливости ради надо сказать, что этот кризис
был спровоцирован присоединением Крыма, но Россия от двухсторонней
торговли не отказывалась), запрещая своим предприятиям торговать с ней и
отказываясь от поставок российского газа (что, в частности, привело к
остановке химических производств). Результаты действия соглашения Итоги
внешней торговли в 2014 году были плачевными для Украины. Главной
позитивной новостью стало изменение внешнеторгового баланса. Ранее, со
времен премьерства Тимошенко, проблемой Украины был дефицит внешней
торговли — страна больше покупала, чем продавала. В частности, в 2013
году, по данным Госстата, сальдо было негативным в размере $ 8,51 млрд.,
а в 2014 стало позитивным с показателем + $ 3,88 млрд. (по
альтернативным данным Нацбанка знак не изменился, но дефицит существенно
сократился). Экспорт сократился на 14,6% — до $ 63,89 млрд., тогда как
импорт рухнул на 28% — до $ 60,01 млрд. Кстати, на платежном балансе
Украины все это отразилось парадоксальным образом — страна, которая
зарабатывает больше, чем тратит, оказалась в преддефолтном состоянии…
Однако очевидно, что это — результат не нового режима внешней торговли, а
катастрофического падения спроса на внутреннем рынке, связанного с
неудачной финансовой политикой и падением производства. ВВП в 2014 году
упал на 6,8% (причем в четвертом квартале — на 14,8%). Промышленное
производство сократилось на 10,7%. Инфляция составила 24,9%.
Экспорт
в страны СНГ упал на 31%, тогда как в другие страны — только на 5,2%, а
в страны ЕС он даже вырос на 0,7%. Одновременно падение импорта из
стран СНГ составило 37%, тогда как из стран ЕС — 22,5%.
Надо,
правда, отметить, что данные эти «не чистые». Например, экспорт
продукции военного назначения в Россию был запрещен только в середине
июня, причем до конца его пресечь не удалось. Например, турбины
николаевского предприятия «Заря-машпроект», которые устанавливаются на
российские боевые корабли, продолжают поставляться в Россию, но уже —
через вторые руки. Гораздо интереснее то, что экспорт в ЕС вырос на
совершенно неудовлетворительную величину и даже близко не компенсировал
утраты рынков СНГ. В первом полугодии произошел существенный рост —
14,9% (этим, кстати, объясняется существенное падение экспорта в ЕС в
первом квартале 2015 года), а затем началось падение. Украинские
экономисты утверждают, что все дело в начавшихся военных действиях на
Юго-Востоке. На самом деле это не совсем так. Ключевая проблема состояла
в том, что, отменив тарифные ограничения, ЕС сохранил ограничения
нетарифные. В результате в первом полугодии Украина выгребла все квоты
на доступных для нее рынках. Кроме того, надо понимать, что на
европейский рынок поставляются, преимущественно, товары с низкой
добавленной стоимостью, в то время как на рынки СНГ — с высокой. Сыграл
свою роль и валютный кризис: в I квартале 2014-го курс составлял 10-12
грн./$, в 2015-м — 22-24 грн./$;
В 2015 году тенденции в целом
сохранились. Украинский импорт сокращается опережающими темпами по
сравнению с экспортом. Поэтому, на фоне падения экспорта, внешняя
торговля демонстрирует рост профицита. Падение промышленного
производства за январь-май составило 21,2% по сравнению с аналогичным
периодом прошлого года (в январе-мае 2014-го падение составило 4,6%).
При
этом, правда, надо учитывать, что экспорт Украины в целом сократился на
33%, так что, даже то, что на общем фоне выглядит ростом, на самом деле
— падение (кроме масла; кстати, в 2013 году ЕС масло закупать не
собирался — только семена подсолнечника). На закуску — что заплатили за
евроинтеграцию олигархи, в чьих интересах она, собственно, затевалась.
Главным результатам стала декапитализация их состояний, вызванная
двухкратным падением национальной валюты и экономическим кризисом. По
данным «Форбс», капиталы Рината Ахметова в 2014 году сократились, по
сравнению с 2013 годом, с $ 15,4 до 6,9 млрд., Виктора Пинчука — с 3,8
до 1,5, Игоря Коломойского — с 2,4 до 1,4, Вадима Новинского — с 2,4 до
0,8 (он, кстати, переместился с четвертого на шестое место в рейтинге),
Геннадия Боголюбова (второго совладельца группы «Приват») — с 1,7 до
1,3. Капиталы Дмитрия Фирташа, по ходу дела ограбленного «Приватом»,
сократились с $ 0,67 до 0,27 млрд. Даже Петр Порошенко, чей бизнес, судя
по внешним проявлениям, чувствует себя припеваючи, перестал быть
миллиардером, скатившись с $ 1,6 млрд., до 0,75. Перспективы Украинские
пропагандисты утверждают, что в этом и следующем году страну неминуемо
ждет процветание за счет увеличения экспорта в Европу. Увы, это вызывает
большие сомнения по следующим причинам. Во-первых, финансовая ситуация в
стране остается крайне напряженной. В случае дефолта, который даже
министр финансов Яресько считает практически неизбежным, экспортные
возможности Украины еще более сократятся.
Во-вторых, никаких
других преференций, кроме имеющихся, ЕС Украине уже предоставить не
сможет. Значит, никакого ресурса, сравнимого с прошлогодним, украинский
экспорт в ЕС не получит.
Зато в следующем году европейские товары
пойдут на украинский рынок, что вызовет предсказуемые проблемы в
торговле с СНГ (ведь внутреннее потребление существенно упало).
В-третьих, в текущем году урожай прогнозируется на уровне 59 млн. т.
зерна, в то время как в прошлом он составил почти 64 млн. т. А ведь
сельское хозяйство сейчас основной локомотив экономики.
В-четвертых,
на Украине идет кампания по внедрению европейских технических
регламентов. Россия предлагает растянуть сроки их внедрения на 10-15
лет, но ЕС и Украина не согласны. Между тем, последствия ускоренного их
введения без финансовой компенсации будут иметь катастрофические
последствия — сравнительно легко перейти на европейские регламенты
смогут только примитивные крупные производства. Высокотехнологические
предприятия, а также малый и средний бизнес, имеющие ограниченные
оборотные средства, справиться с этой задачей, скорее всего, не смогут.
Вывод
Украинская
власть не смогла воспользоваться уникальными экономическими
возможностями, которые ей предоставил ЕС. Крайне выгодная для Украины
конфигурация внешней торговли парадоксальным образом обернулась
катастрофическим падением экономики вообще и экспорта в частности.
Позитивные изменения в части внешнеторгового баланса лишь незначительно
облегчили ситуацию в стране. Впрочем, катастрофа 2014 года была столь
масштабна, что существенного ухудшения ситуации с началом полноценной
работы ЗСТ с ЕС не произойдет. Внутренний рынок Украины настолько
скукожился, что экономически она потеряла интерес для Евросоюза.
Европейцы сами себя наказали, предпочтя украинской синице в руках
обещанного Госдепом российского журавля в небе (европейцам пообещали
открытие российского рынка после поражения России по итогам украинского
кризиса)."
