04.11.16. Свидетельства зверств украинской армии на Донбассе.
"Жестоким и систематическим избиениям подвергается подавляющее большинство захваченных украинской стороной. Например, пострадавший от пыток Роберт Анискин рассказывает: «В боевых действиях я не участвовал, в ряды ополчения не записывался, на блокпостах не стоял. Был задержан представителями батальона “Азов”. При задержании избивали прикладами. После допрашивали с применением электрошокеров и ударов куда попало. После этого меня привезли в СБУ Мариуполя с пакетом на голове, замотанным скотчем, с застегнутыми сзади руками, кинули на пол в подвале. В таком состоянии я провел больше суток. Надели дополнительный пакет и, прорезав отверстия для дыхания, начали допрос. Бросив меня на пол, 3–4 человека избивали меня ногами и кастетом по телу. Моего товарища бить не стали, а взяли в заложники его жену и моих родных — мать, сестру, племянницу».
Ополченец Андрей Рунов рассказывает о том, как пытали его и его товарища, которого после пыток парализовало: «С 23 на 24 ноября захвачен у себя дома подразделением “Айдар”. Нас привезли в аэропорт Мариуполя. Там нас пытали и били до такой степени, что мы теряли сознание. Били по пяткам, по ребрам, по голове. Хотели сломать ноги, грозились отрезать уши, выколоть глаза. Товарищу отбили все внутренности, проломили череп, после чего его парализовало».
Житель Тернополя Игорь Покровский рассказывает, как сотрудники СБУ избивали его прямо в здании суда: «Я был задержан сотрудниками СБУ в Тернополе 4 сентября 2014 года. На суде, который состоялся 8 сентября 2014 года, был избит прямо в здании суда сотрудниками СБУ».
Пострадавший Андрей Полонь рассказывает, как его избивали и подвешивали на крюк в СБУ: «Нас задержали сотрудники СБУ, переодетые в форму ГАИ. Отвели в блокпост, угрожали, приставляли оружие, говорили: “Мы тебя сейчас застрелим, нам за это ничего не будет”. Угрожали пытками током, били ногами в голову, это там же, на посту. Наручники постоянно были затянуты настолько, что руки синели. Отвезли в СБУ, там продолжилось то же самое, только с использованием уже пластиковых бутылок, наполненных водой, наручники сзади — и на крюк. Позабирали абсолютно все — все личные вещи, телефоны, деньги, карточки — все, что было. Ничего не вернули, даже когда мы выходили на обмен».
Пострадавший от пыток украинских силовиков Александр Рябченко свидетельствует: «…меня распяли в раздевалке на сетке рабице и каждый час приходили — били ногами. На следующий день отвезли в Дебальцево. Там меня отвели к старшему следователю, и он спросил, буду я сотрудничать или нет. Я сказал, что мне нечего говорить, что я ничего не знаю. После этого он вызвал своих трех помощников и дал им задание, чтобы выбили из меня все, что нужно. Они связали мне руки за спиной и подвесили на дверь, а на правую ногу надели веревку и подвесили ее за ручку другой двери так, что я стоял на одной левой ноге. Вдвоем стали бить ногами по моей левой ноге. Потом вывели в коридор, связали руки за спиной скотчем, привязали веревку к рукам и за правую ногу подвесили. Надели черный пакет на голову и избивали, пока я не потерял сознание».
Ополченец Сергей Черныш тоже рассказывает, как его подвешивали на цепи в наручниках: «Нас захватили около Луганска, отвезли на площадку вертолетную, потом перебросили вертолетом на другую площадку. Оттуда поместили нас в яму, моему товарищу Александру больше доставалось ввиду того что при приемке ему сломали нос, били прикладом по голове, разбили голову, сломали челюсть. Потом нас снова перегрузили в вертолет — и в Краматорск. В Краматорске, естественно, снова в ямы; скованными в наручниках подвешивали цепями к верху и избивали. Потом перевезли в город Изюм, отвели в подвал, мешок на голове, пристегнули наручниками к батарее, растянули на растяжку. Руки онемели, так как это продолжалось в течение трех дней. Отвезли в СБУ, там уже все это сняли, перевязали и обработали руки. Потом нас обменяли».
Ополченец П. Степаненко рассказывает о том, как его пытали в аэропорту Мариуполя: «Мы сидели в яме и в нас бросали блоками. Потом достали и избивали прикладами автоматов. В конце били но гами и палками». Ополченец Александр Марченко свидетельствует, как его пытали украинские военнослужащие 25-й аэромобильной бригады: «Били прикладами по голове и по всему туловищу. Сломали ребра и отбивали ноги в коленном суставе».
Пострадавший Артур Нужненко рассказывает: «Я был задержан 16 октября около своего дома. Во время допроса следователь сказал мне, чтобы я встал на колени. Приказал разуться и стал бить мне по ступням, спине и голове палкой. После этого он сказал, что палки мне мало, ушел и вернулся с электрошокером, которым тоже стал меня бить».
Пострадавший Юрий Новосельцев говорит: «После “неваляшки” меня отвели в помещение бетонное 1,5 на 2,5 метра, пристегнули наручниками к анкерной скобе на стене, посадили, сняли повязку. Через некоторое время туда пришел человек в камуфляже, не представляясь, начал спрашивать, кто я, откуда я, как я сюда попал, почему попал. Он показал шеврон на левом рукаве, зеленый, со знаком укропа, говорит: “Я горжусь, что я укроп”. У меня забрали деньги, золотые украшения: обручальное кольцо, венчальное кольцо, цепочку, крестик. Со мной разговаривал вроде бы вежливо, без угроз, сказал, что я вру, развернулся, ушел. Через некоторое время за мной пришли двое военнослужащих Украины уже в камуфляже, на рукавах у них были желтые повязки, и начали меня избивать. Избивали ногами и кленовой палкой, свежевырезанной из дерева. Удары в основном наносили выше колен до лица, по рукам, избивали до тех пор, пока я не упал. Потом они успокоились, ушли, через некоторое время пришел опять офицер и сказал, что, если я не буду разговаривать, это будет повторяться регулярно и постоянно.
Ночью практически каждые два часа военные в балаклавах регулярно, постоянно и профессионально нас избивали. Все спрашивали, не агент ли я ФСБ".
"Жестоким и систематическим избиениям подвергается подавляющее большинство захваченных украинской стороной. Например, пострадавший от пыток Роберт Анискин рассказывает: «В боевых действиях я не участвовал, в ряды ополчения не записывался, на блокпостах не стоял. Был задержан представителями батальона “Азов”. При задержании избивали прикладами. После допрашивали с применением электрошокеров и ударов куда попало. После этого меня привезли в СБУ Мариуполя с пакетом на голове, замотанным скотчем, с застегнутыми сзади руками, кинули на пол в подвале. В таком состоянии я провел больше суток. Надели дополнительный пакет и, прорезав отверстия для дыхания, начали допрос. Бросив меня на пол, 3–4 человека избивали меня ногами и кастетом по телу. Моего товарища бить не стали, а взяли в заложники его жену и моих родных — мать, сестру, племянницу».
Ополченец Андрей Рунов рассказывает о том, как пытали его и его товарища, которого после пыток парализовало: «С 23 на 24 ноября захвачен у себя дома подразделением “Айдар”. Нас привезли в аэропорт Мариуполя. Там нас пытали и били до такой степени, что мы теряли сознание. Били по пяткам, по ребрам, по голове. Хотели сломать ноги, грозились отрезать уши, выколоть глаза. Товарищу отбили все внутренности, проломили череп, после чего его парализовало».
Житель Тернополя Игорь Покровский рассказывает, как сотрудники СБУ избивали его прямо в здании суда: «Я был задержан сотрудниками СБУ в Тернополе 4 сентября 2014 года. На суде, который состоялся 8 сентября 2014 года, был избит прямо в здании суда сотрудниками СБУ».
Пострадавший Андрей Полонь рассказывает, как его избивали и подвешивали на крюк в СБУ: «Нас задержали сотрудники СБУ, переодетые в форму ГАИ. Отвели в блокпост, угрожали, приставляли оружие, говорили: “Мы тебя сейчас застрелим, нам за это ничего не будет”. Угрожали пытками током, били ногами в голову, это там же, на посту. Наручники постоянно были затянуты настолько, что руки синели. Отвезли в СБУ, там продолжилось то же самое, только с использованием уже пластиковых бутылок, наполненных водой, наручники сзади — и на крюк. Позабирали абсолютно все — все личные вещи, телефоны, деньги, карточки — все, что было. Ничего не вернули, даже когда мы выходили на обмен».
Пострадавший от пыток украинских силовиков Александр Рябченко свидетельствует: «…меня распяли в раздевалке на сетке рабице и каждый час приходили — били ногами. На следующий день отвезли в Дебальцево. Там меня отвели к старшему следователю, и он спросил, буду я сотрудничать или нет. Я сказал, что мне нечего говорить, что я ничего не знаю. После этого он вызвал своих трех помощников и дал им задание, чтобы выбили из меня все, что нужно. Они связали мне руки за спиной и подвесили на дверь, а на правую ногу надели веревку и подвесили ее за ручку другой двери так, что я стоял на одной левой ноге. Вдвоем стали бить ногами по моей левой ноге. Потом вывели в коридор, связали руки за спиной скотчем, привязали веревку к рукам и за правую ногу подвесили. Надели черный пакет на голову и избивали, пока я не потерял сознание».
Ополченец Сергей Черныш тоже рассказывает, как его подвешивали на цепи в наручниках: «Нас захватили около Луганска, отвезли на площадку вертолетную, потом перебросили вертолетом на другую площадку. Оттуда поместили нас в яму, моему товарищу Александру больше доставалось ввиду того что при приемке ему сломали нос, били прикладом по голове, разбили голову, сломали челюсть. Потом нас снова перегрузили в вертолет — и в Краматорск. В Краматорске, естественно, снова в ямы; скованными в наручниках подвешивали цепями к верху и избивали. Потом перевезли в город Изюм, отвели в подвал, мешок на голове, пристегнули наручниками к батарее, растянули на растяжку. Руки онемели, так как это продолжалось в течение трех дней. Отвезли в СБУ, там уже все это сняли, перевязали и обработали руки. Потом нас обменяли».
Ополченец П. Степаненко рассказывает о том, как его пытали в аэропорту Мариуполя: «Мы сидели в яме и в нас бросали блоками. Потом достали и избивали прикладами автоматов. В конце били но гами и палками». Ополченец Александр Марченко свидетельствует, как его пытали украинские военнослужащие 25-й аэромобильной бригады: «Били прикладами по голове и по всему туловищу. Сломали ребра и отбивали ноги в коленном суставе».
Пострадавший Артур Нужненко рассказывает: «Я был задержан 16 октября около своего дома. Во время допроса следователь сказал мне, чтобы я встал на колени. Приказал разуться и стал бить мне по ступням, спине и голове палкой. После этого он сказал, что палки мне мало, ушел и вернулся с электрошокером, которым тоже стал меня бить».
Пострадавший Юрий Новосельцев говорит: «После “неваляшки” меня отвели в помещение бетонное 1,5 на 2,5 метра, пристегнули наручниками к анкерной скобе на стене, посадили, сняли повязку. Через некоторое время туда пришел человек в камуфляже, не представляясь, начал спрашивать, кто я, откуда я, как я сюда попал, почему попал. Он показал шеврон на левом рукаве, зеленый, со знаком укропа, говорит: “Я горжусь, что я укроп”. У меня забрали деньги, золотые украшения: обручальное кольцо, венчальное кольцо, цепочку, крестик. Со мной разговаривал вроде бы вежливо, без угроз, сказал, что я вру, развернулся, ушел. Через некоторое время за мной пришли двое военнослужащих Украины уже в камуфляже, на рукавах у них были желтые повязки, и начали меня избивать. Избивали ногами и кленовой палкой, свежевырезанной из дерева. Удары в основном наносили выше колен до лица, по рукам, избивали до тех пор, пока я не упал. Потом они успокоились, ушли, через некоторое время пришел опять офицер и сказал, что, если я не буду разговаривать, это будет повторяться регулярно и постоянно.
Ночью практически каждые два часа военные в балаклавах регулярно, постоянно и профессионально нас избивали. Все спрашивали, не агент ли я ФСБ".
